Fargen
То что не убивает нас - делает нас сильней.
Прочитав эмоции окружающих, брюнет, применив немного магии, раздел постанывающего блондина и откинул тонкую простынь, что служила им одеялом. Прекрасное тело спортивного сложения, которое от постоянного пребывания на свежем воздухе только прибавило мышц и украсилось золотистым загаром, могло бы стать источником вдохновения для любого скульптора. Но двух магов сейчас больше завораживал налитой член, который бесстыдно стоял, показывая присутствующим, что его хозяин жаждет продолжения. И Северус не стал терзать друга, поглотив вожделенный орган до самого основания. Со стороны женщины послышался сдавленный стон, ощущения Северуса говорили, что вскорости она кончит, просто наблюдая за ними.
Сейчас в задачу брюнета входило не только доставить максимум удовольствия Люциусу, но и сделать это настолько красиво и эротично, чтобы это зрелище навсегда запомнилось белокурой красавице, и она не смогла больше смотреть на своих мужчин, не краснея.
Немного осложняло дело то, что эмоции и магия Люциуса настолько сильно влияли на Снейпа, что, если бы не многолетняя практика, то он просто набросился бы на роскошное тело и овладел им, как дикарь. Сознание туманил жгучий коктейль из жажды обладать, потребности защитить и довести до безумия своими ласками.
К этому моменту Люциус уже метался по простыням, а леди Малфой активно помогала себе руками, издавая не менее сладостные стоны, чем её супруг.
Чувствуя, что блондин вот-вот окажется на пике, Северус провел клыками по всей длине ствола и слегка прикусил головку. Это должно было вызвать очень яркие ощущения, на грани боли и экстаза. Люциус громко закричал и излился в рот брюнету, рядом столь же бурный оргазм настиг его жену.
Нарцисса повалилась на кровать в изнеможении, а Северус, как зачарованный, смотрел в огромные серые глаза с капельками слез на длинных, выгоревших до бела ресницах. Открытое, беззащитное и такое доверчивое выражение глаз Люциуса было настоящей наградой для брюнета.
- С добрым утром, - хмыкнув, сказал Северус.
- Если ты будешь всегда так меня будить, то я буду самым счастливым человеком на земле.
- Если ты хочешь, то я могу и продолжить, - коварно улыбаясь, сказал брюнет.
- Я тебе доверяю. Поэтому ничего не имею против, - искренне ответил Люциус.
Тот, кто не знает слизеринцев, не понял бы всей глубины, скрытой в этих словах, и Северус чуть не задохнулся от эмоций, вызванных ими. Они говорили, что его считают полностью своим, членом семьи, и даже больше. Доверие - это то, что сложнее всего заслужить среди змей, но оно стоит всех усилий.
Северус благоговейно поцеловал друга и почувствовал руку у себя на плече. Повернув голову, он увидел поддержку в глазах Нарциссы. Они оба ему доверяли, и он собирался приложить массу усилий, чтобы оправдать это доверие. Ведь речь здесь шла далеко не о сексе и амурных приключениях, а о том, что они готовы доверить ему всё, что у них есть: детей, честь, их любовь и своё место в новом мире.

Это пробуждение было великолепным, яркий эротический сон плавно перетек в ещё более яркую и невероятную реальность. Бурный оргазм, сопровождаемый идентичными стонами супруги, и черные омуты, полные животной страсти, запомнятся Люциусу навсегда. Северус изменился, вернее будет сказать, что того человека, которого когда-то хотел Люциус, не стало вовсе, и теперь блондину придется по-новой знакомиться и узнавать этого удивительного человека, что привела в их дом судьба. И секс - не самое плохое средство узнать друг друга.
Страстный, опасный и какой-то дикий, Северус был скорее мечтой, а не живым человеком из плоти и крови. До этого только Дагда и Вольдеморт могли перешагнуть через любые запреты и законы, создав при этом свои собственные, даже если это были законы физики и магии. И вот теперь маг чувствовал такую же силу в человеке, что сжимал его в объятьях, словно стремясь поглотить. Северус облизывал и покусывал каждый сантиметр кожи, до которой мог дотянуться, а если ему это не удавалось, то властно переворачивал блондина, открывая себе лучший доступ к вожделенному телу.
Эта властность немного пугала, но при этом и безумно возбуждала. Так, сам не заметив этого, Люциус оказался на животе с широко расставленными ногами, а Северус приступил к исследованиям двух идеальных полушарий и ложбинки между ними. В ход пошло всё: пальцы, ногти, зубы, язык. Люциус не знал, что почувствует в следующее мгновение, и это сводило с ума. Слишком скоро, по его собственному мнению, он уже молил о пощаде, требуя большего, за что тут же получил чувствительный шлепок по голым ягодицам.
- Не смей требовать! Ты всё получишь в своё время, - жестко приказал Североус, и Люциус чуть не кончил только от этих слов и тона, которым они были произнесены. И тут же ощутил кольцо магии, которое охватило его болезненно возбужденный член.
- Жестоко! - восхищенно сказала Нарцисса.
Но ответа не последовало, так как талантливый язык уже занимался маленькой дырочкой, проникновения в которую так вожделел Северус. Волна магии, которая очистила тело Люциуса, прежде чем оно стало изысканным лакомством для брюнета, сделала кожу невероятно чувствительной, и теперь всё, что вытворял опытный мучитель, превратилось в сладостную пытку.
Если бы не магия, то Люциус кончил бы, и не один раз, за это время, но жестокосердное чудовище, что оказалось с ним в постели, не собиралось облегчать участь любовника. Из-за волны разнообразных ощущений блондин не заметил, как в него проникли пальцы брюнета. Только когда они безошибочно нашли простату мужчины, и в его глазах вспыхнули звезды, он понял, что такими темпами не заметит, как лишится невинности, если до этого не помрет.
Северус не гнушался использовать магию во благо себя любимого, поэтому ему удалось овладеть своим любовником тем же утром, не смотря на то, что Люциус был совершенно не растянут. Погружаться в это сильное тело было невероятно приятно. Очень редко Северусу удавалось найти идеально совместимых с ним магически партнеров, но на этот раз его магия просто пела, соединяясь с магией блондина. Секс - это не только единение тел, но также и магии, и даже душ. И души Люциуса, Северуса и Нарциссы начали сложный танец, который продлится целую вечность, сплетаясь в одно целое.

Переплетение сильных тел, запах секса и пота, стоны наполненные страстью - это зрелище было настолько гармоничным и правильным, что Нарцисса даже и не думала смущаться. Почему-то этот новый Северус сразу же завоевал её сердце, а теперь, видя, как он овладевает её мужем, женщина не могла понять, почему секс между мужчинами считается самой большой мерзостью и извращением. Ведь это так красиво.
А когда Люциус забился в волнах оргазма, охвативших его, Нарциссе захотелось оказаться на его месте.
Она так засмотрелась, что вскрикнула от неожиданности, когда сильные руки обхватили её и повалили на кровать. Над ней навис демон, в глазах которого всё ещё горела неутоленная страсть, и женщина поняла, что не останется в накладе. Так что, отбросив смущение, она притянула Северуса и впилась в его губы. Их любовный танец был больше похож на сражение, потому что оба были доминантами, но под конец Нарцисса сдалась, признавая, что с этим мужчиной ей не зазорно почувствовать себя слабой женщиной и позволить ему доставить ей удовольствие.
Северус кончил в первый раз за несколько лет, и сразу же почувствовал изменение магического поля женщины. Сперма мужчины была настолько напитана магией, что беременность после первой ночи страсти ничуть его не удивила.
Из комнаты вышли голодными и уставшими, но совершенно счастливыми. Оказалось, что уже полдень, и они умудрились проспать всё, даже утреннюю медитацию, при этом никакого наказания не последовало. Когда Нарцисса озвучила эту странность, Северус с ухмылкой повторил слова Дагды о том, что теперь их молитвой будет секс, а он обязуется обучить их правильному виду этой молитвы, чем вогнал обоих блондинов в краску.
С этого дня жизнь семейства изменилась.
Северус оказался кладезем знаний и умений, что быстро сделало Малфоев полноправными лидерами в деревеньке. А сила характера и та страсть, с которой брюнет отстаивал интересы семейства, очень быстро расположили к нему Блэков и Ноттов, давно друживших с Малфоями. Ещё больше повлияло на расположение Ноттов то, что Северус рассказал об успехах их сына и подсказал, как побыстрее вырваться за границы деревни, чтобы встретиться с ним.
Маленький Драко ни на шаг не отступал от крестного отца и слушал его безоговорочно, что вначале немного пугало Нарциссу. Но второй муж успокоил её, объяснив, что Северус стал для Драко тем стимулом и ориентиром, который показал, как справиться с потрясением и найти новое место в жизни. Сложнее всего оказалось подобрать ключик к сердцу недоверчивого Адена. Подросток был старше Драко и Персефоны, к тому же уже пережил потерю родных, так что он очень недоверчиво относился к любым людям, что пытались вмешаться в жизнь семейства его опекунов. Но доброта и внутренняя сила Северуса смогли растопить недоверчивое сердце.
Так что уже через месяц Северус стал полноценным членом семьи.
Следующим, кто вернулся из Адских миров, оказался старейшина Бенджиро.
Азиат вернулся через три месяца после Северуса, и его достижения потрясли многих. Во-первых, мужчина помолодел и теперь пребывал в том удивительном возрасте, когда по нему было совершенно невозможно определить, сколько же ему лет: тридцать или пятьдесят. Это было особенностью всех мужчин его расы, так что только седина и морщины смогут подсказать, когда его биологический возраст перевалит за пятьдесят. Во-вторых, магл вернулся магом, и не слабым, что вызвало зависть у большинства Мастеров и усилило их желание посетить чудесные миры.
Но самым сильным изменением стало то, что Бенджиро просветлел. Для мудрого мужчины хватило опыта, который он получил в путешествии, чтобы осмыслить слова Дагды и обрести полную свободу.
Все ожидали, что Мастер вернется в Школу, но он заявил, что этот этап его жизни закончился, и ему хочется участвовать в создании Ордена Пожирателей. Такое решение встретило поддержку как Дагды, так и Волдеморта.
Не обошлось, правда, и без курьёзов. Когда Старейшину увидел Дагда, то он смеялся до колик. А потом заявил, что азиаты в любом мире неисправимы. Причиной такой реакции стало то, что Бенджиро подрос на добрых двадцать сантиметров, и его глаза стали намного больше. Теперь мастер боя был похож на персонажа аниме, сошедшего в реальность прямо с экрана.
Чудесная трансформация Старейшины, которого теперь так не поворачивался назвать язык, произвела фурор, и множество жителей нового мира ринулось к порталу.
Это заставило Дагду установить магический купол, который мог снять только сам хозяин мира. Собрав всех поселенцев, Повелитель объяснил, что души, не готовые к испытанию, скорее всего не вернутся из учебного мира, так как просто забудут, зачем пришли в него, и начнут чувствовать себя аборигенами неприветливых миров. Для них останется только один шанс на возвращение - пройти все уроки миров, но на это уйдут тысячи воплощений.
Ещё через месяц из арки стали возвращаться другие ушедшие.
К этому моменту уже все знали, что Нарцисса ждет ребенка. На семейном совете было принято решение назвать его Деймос Северус Малфой-Принц. Они взяли имя, традиционное для Малфоев, и фамилию, которая полагалась сыну Северуса, если он будет чистокровным. Люциус хотел, чтобы фамилия Принцев стояла первой, но Северус заявил, что любой Малфой уже принц, незачем об этом ещё и в документах писать.
К тому моменту, когда Нарциссе пришло время рожать, начали формироваться Тайная Полиция и Орден Пожирателей. Так что дел сильно прибавилось.
Перед домом появилась огромная беседка с добротным дубовым столом, за которым часто собирался “военный совет” во главе с Дагдой и Волдемортом.
После ухода Северуса в их жизни что-то изменилось, и они, не сговариваясь, переехали в Замок на скале, как давно уже звали каменную махину, нависающую над головами магов.
Волдеморт с головой ушел в создание нового Ордена, Дагда всё больше превращался в Люцифера, поглощая знания Хроник Акаши. Человеческого общения стало не хватать. Вот чтобы окончательно не оторваться от реальности, они и стали устраивать посиделки у Малфоев.
Тогда-то и началась история, которая всем запомнилась как “Охота на Темного Лорда”. В роли дичи выступал Волдеморт, а роль Дианы-охотницы успешно играла дочка Люциуса и Нарциссы.
Малышке ещё не исполнилось и пяти, а её просто очаровывал Волдеморт. Персефону тянуло к мрачному мужчине, как бабочку на огонь, а бедный маг шарахался от малышки, как от проказы. Загадку очень быстро раскрыли - Темный Лорд боялся детей. Вернее, он не понимал этих мелких чудовищ и, обладая немалой силой, боялся их ненароком поломать. Поэтому, как только мужчина замечал живую торпеду, в которую превращалась белокурая девочка при виде долгожданного гостя, он старался отгородиться от неё или сбагрить зеленоглазое чудовище родителям.
Но маленькая Персефона всегда находила способ добраться до “смешного дяди”, как она называла Волдеморта. А её родители ей в этом тайно помогали. Ну не каждый же день увидишь грозного мага, да ещё и дракона, который спасается бегством от принцессы.
Однажды, чтобы напугать девочку, Карден решился даже принять свою вторую форму, и это стало его роковой ошибкой. Когда перед Персефоной возник огромный черный дракон, она завороженно посмотрела на него, после чего встретилась взглядом с алыми глазами и, улыбнувшись, кинулась к бронированной громадине. Ухватившись за палец на передней лапе магической рептилии, она радостно закричала:
- Зверушка!!!
Это день стал переломным в отношениях мужчины и пятилетней девочки. Карден смирился с тем, что не сможет избавиться от внимания этой непоседы, и лучше ему начинать учиться ладить с детьми.
С этого дня малышку часто можно было увидеть в самых неожиданных местах, каким-то чудом она умудрялась проникать даже в Черную башню Ордена. Её присутствие означало, что Карден где-то поблизости.
Деймос родился здоровым и сильным мальчиком, и с первых же дней начал оправдывать своё имя, донимая родителей криком как днем, так и ночью. От отца он унаследовал черный цвет глаз и волос, а от матери - черты лица Блэков и более широкую, чем у Северуса, кость. В три года выяснилось, что Северус наградил сына ещё и своей силой и скоростью, а так же полыми змеиными клыками. К этому времени уже все знали, что дети, рожденные в этом мире, сильно отличаются от нормальных. Те, кто был зачат в первый год на празднике Богине, уже учились в Школе, радуя своих матерей очень быстрым развитием и наличием множества талантов. У них было практически взрослое сознание и невероятная мудрость. Многие из малышей обладали редкими талантами и радовали с раннего детства своих матерей не только песнями и танцами, но также имели способности в целительстве, трансфигурации, чарах и даже боевой магии. Когда потрясенные родители приходили к Дагде или Мастерам, те напоминали, что эти дети - души древних мудрецов, и нет ничего удивительного, что они сами начинают читать в три года, а в пять рассказывают о строении вселенной.
Мир заселялся с ошеломляющей скоростью.
Российское правительство приняло решении о перемещении основных органов власти и хранилищ знания, в мир Дагды, сюда же перемещались все исследовательские центры. Но для каждого, попавшего в мир, оставались незыблемыми правила, которым следовали ещё первые поселенцы. Обнако несмотря на их строгость, ученые и исследователи соглашались пройти жесткое обучение на протяжении нескольких лет, чтобы иметь возможность работать в новом мире.
Школа окончательно превратилась в базовое учебное заведение, обучение в котором было обязательным для любого, кто хотел попасть в Университет или одну из Королевских структур власти. Её белокаменные корпуса и спортивные площадки теперь занимали три гектара и являлись небольшим поселком, в котором человек, не взирая на возраст, получал базовое образование, с которым он не пропадет как в магловском, так и в магическом мире.
Ежедневные занятия боевыми искусствами и жестокая дисциплина, царившие на первых курсах, закаляли волю и приучали школьников к тяжелому труду по собственному улучьшению. Наставники сумели перенести конкуренцию на поле самосовершенствования, избежав тем самым развития гордыни и тяги к внешним идеалам. Школьники все носили единую форму которая состояла из холщовых штанов и такой же рубашки. Их приучали к тому, что внутреннее намного важнее внешнего. Наличие среди студентов детей с древними душами очень сильно облегчило работу преподавателей, так как эти дети задавали общий тон.
Университет стал обителью магов и ученых. В его стенах не только учили будущих магов, но так же проводили исследования и создавали новые, пограничные области науки. Это привело к настоящему прорыву в обоих направлениях и породило что-то, похожее на техномагию, к которой так стремились русские.
К этому моменту воспитанники Северуса уже стали взрослыми мужчинами. Сандро Нотт ушел а Адские миры, Волдо Оуэн поступил в Братство Бардов, с отличием закончив Школу. Аден Берретт учился в Университете на факультете артефактологии и мечтал попасть в Орден Пожирателей, но Люциус не пускал воспитанника в нижние миры до тех пор, пока тот не закончит обучение.
Сам Люциус благополучно прошел активацию своего Дара и уверено шел по дороге Посвящений, как и положено волхву. Он уже был полноценным учеником Григория и вскорости намеревался пройти последнее посвящение, которое сделает его равным Учителю.
Нарцисса совмещала воспитание детей, уход за двумя мужьями и управление клиникой. Женщина всё же смогла найти время и силы на её основание. Благо, маги болели мало, а если такое случалось - быстро выздоравливали. Но клиника нужна была не для этого. В ней практиковались и готовились к будущим тяжелым будням врачи. Дар целителя открылся у многих, и теперь важно было обучить каждого, а желание учиться в Университете изъявляли далеко не все. Так что клиника ещё и была местом, где постоянно работали курсы медсестер. Деймос вырос практически не дома, а в клинике. Нарцисса всегда удивлялась самостоятельности своих детей.
Драко все эти годы неотрывно следовал за Северусом, стараясь научиться от него всему, что знал мужчина. Несмотря на юный возраст, подросток совмещал учебу в старших классах Школы и стажировку у крестного отца. Его не пугали доклады из внешнего мира, циничность рассуждений Северуса и его подчиненных, а также железная дисциплина, царившая в организации.
Дагда поощрял, чтобы родители показывали детям своё место работы, а также ранние стажировки. Он часто повторял, что детям нужно решить, чем они хотят заниматься, и только тогда получать дополнительные знания в Университете в необходимых областях.
Персефона пошла в школу и сразу же завоевала всеобщую любовь. Девочка была настолько доброй и жизнерадостной, что располагала к себе с первого взгляда, а её упорство и полное отсутствие страха сделали из неё прекрасную ученицу. Мастера надеялись раскрыть не только её талант певицы, но и способности бойца.
________________
К тому моменту, когда в Англии прошел ровно год с того дня,вступления в силу новых законов, в мире Дагды жило больше десяти тысяч людей. В их число входило почти три тысячи англичан, прибывших на берег южной реки прямо из стен холодного Азкабана. Четыре тысячи русских магов. Пятьсот аристократов из всё той же Англии. Тысяча оборотней. Восемьсот вампиров. Двести демонов и полторы тысячи маглов со всего света. В их число входили люди из разных уголков внешнего мира, которых находил Дагда по вибрации души и предлагал перебраться на новое место жительства, а также русские ученые, прибывшие вместе с магами.
На шамашане возле порталов появилось магическое табло, отражающее имена всех ушедших в нижние миры, а так же тех, кто вернулся, с общим счетом вверху. Выходило, что сквозь портал прошло четыре тысячи душ, а вернулось пока чуть больше полутора тысяч. Дагда и в этот раз оказался прав. Но, несмотря на такое соотношение, желающих уйти вниз было очень много.
К этому времени Король сформировал что-то наподобие правительства, и одной из его основных задач стал контроль за отправкой в Адские миры. Теперь никто из учителей Университета или Школы, и вообще какой-либо другой коронной организации, не мог уйти до тех пор, пока не подготовит себе замену. Люди ворчали, но понимали необходимость этой меры.
Вампиры жестоко подчинили себе преступный мир большинства развитых стран, эффективно наводя там порядок. Оборотни помогали беженцам и контролировали леса Европы и России.
Русское магическое правительство известило своих граждан о том, что появилась возможность попасть в новый мир, и активно вело пропаганду переселения. В продажу поступили музыкальные кольца и записи песен. Проводились концерты Бардов. Книжные полки наводнили книги новых жанров в стиле фентази и фантастики, прибывшие из нового мира. Они сподвигли русских писателей на эксперименты в этом же направлении.
В стране наступил ренессанс.
Вместе с жаждой стать частью нового мира и прикоснуться к чуду, к магам вернулась магия. Русские не стали изобретать велосипед и скопировали структуру Школы, построив подобные заведения в каждом крупном городе, а на роль преподавателей пригласили выходцев из нового мира. Дагда посчитал, что затея стоящая, и отправил почти пятьсот своих подданных, прошедших Адские миры, на работу в Россию.
То впечатление, что они произвели на магов внешнего мира, превзошло любые ожидания. За все эти годы люди Дагды уже и забыли, что во внешнем мире так мало магии, и что любой, прошедший полное обучение у Повелителя, будет казаться магам даже такой продвинутой страны, как Россия, почти полубогом. Так что в Царство Люцифера, как русские назвали мир Дагды, хлынул поток желающих присягнуть Королю.
Новое название понравилось Повелителю и он решил сделать его официальным. В каждой Школе создали портал в Царство, что укрепило связь нового мира со старым.
Мир Люцифера начинал врастать в структуру мироздания, превращаясь из карманного мирка в полноценное измерение.
Больше всего Дагду удивляло то, что русские не побоялись влиться в его государство, приняв власть пришлого мага, пусть даже с таким потенциалом, как у него. Ведь он не требовал от них этого. Несмотря на свою малочисленность, русские были очень сильными и хорошо обученными магами, которых было по более англичан. Но они предпочли участие в полной авантюре уверенному будущему в родном мире. Те же китайцы закрыли все границы и прекратили любое общение за пределами страны, опасаясь потерять свою независимость. И хотя сам Дагда в последний раз был русским, ему было всё же тяжеловато понять столь авантюрный народ, готовый практически на всё, если ему пообещать возможность совершить невозможное.
____________________________
За следующие семь лет в нижние миры ушло пятьдесят тысяч человек, в том числе и Аден Барретт, который окончил Университет и упросил опекунов отпустить его.
Кроме того, туда отправились не только русские, но и почти пятнадцать тысяч эмигрантов из стран Кольца Чистоты. Обратно вернулось шесть тысяч, и это намного превосходило ожидания Дагды.
В начале восьмого года после основания Царства Дагда сложил с себя корону и передал полномочия Короля Кардену, а сам принял имя Люцифер и окончательно перешел в божественный статус. Он уже начинал чувствовать, насколько его сознанию становится сложно оставаться в материальном мире. Ещё максимум пятьдесят лет, и ему придется перейти в состояние чистого сознания, лишившись постоянной человеческой оболочки. Люцифер начинал ощущать своим телом именно черную дыру, а не тот сосуд, которым он пользовался сейчас.
Коронацию Волдеморта приняли спокойно, так как этого долго ждали.
С этого момента мужчина совмещал две должности: Короля и главы Ордена Пожирателей.
Орден уже насчитывал девятьсот магов, принадлежащих к разным расам. К этому времени он имел трехуровневую структуру. Первый уровень - Пожиратели, те, кто прошел нижние миры и только поступил в Орден. Они совершенствовались в боевой магии, в рукопашном бое и магловских технологиях уничтожения и проникновения, а так же их магических аналогах. За несколько лет они должны проникнуться духом Ордена и решить, пойдут ли они дальше или они хотят быть только Пожирателями. Их задачей стала охрана правопорядка в зонах, заселенных магическими существами, и военные действия против магов. Они образовали военную элиту, наподобие магловского спецназа. Она заняла первые три этажа Черной башни.
Следующий уровень - это Братство, состоящее из Рыцарей.
Для присоединения к нему требуется соблюсти несколько условий: во-первых, проявить себя талантливым в какой-либо из военных профессий. Во-вторых, привлечь внимание Братства. И самое главное - захотеть принять обеты Братства. А они гораздо более жесткие, чем у Пожирателей.
Пожиратели не вправе распоряжаться собой, они не просто на службе у Короля, они - его собственность. Но они могут иметь семью, если она не мешает службе. Для Пожирателя Орден всегда будет на первом месте, и лишь потом - все остальное . Но это пустяки по сравнению с законами Братства.
Все, перешедшие на вторую ступень посвящения, живут вместе. У них нет своих вещей или денег, их дом - это четвертый этаж башни, их семья - Рыцари, братья и сестры. Этаж распланирован так, что большие общие спальни соседствуют с залами для тренировок и библиотеками. Всё на виду и нет ничего, что оставалось бы интимным, своим. Даже тела почти общие. Секс считается скорее средством общения, а отказывать партнеру в постельных утехах - дурным тоном. Деньги на карманные расходы лежат в общедоступном месте, и никто не следит за ними. Каждый берет столько, сколько нужно.
В результате таких мер очень быстро все члены Братства превращаются в семью. Связь между ними настолько сильна, что они способны чувствовать каждого Рыцаря в любой точке мира и слышать его мысли. Поощряется именно мысленное общение. Эти бойцы работают небольшими командами, в совершенно разном составе, так как имеют полную совместимость.
Их верность Братству неоспорима, и они управляют Пожирателями, чему их тщательно обучают. Это элитные убийцы, тактики и разведчики. Только пережив полное слияние с Братством и отречение от себя, можно подняться выше в темной иерархии. Рыцарь мог сложить с себя обязанности и выйти из Ордена, начав жизнь простого человека, но это было равносильно разводу, потому что все члены Братства были связаны и магией, и эмоциями, и глубоким доверием, и любовью. Из-за этого существовал большой шанс, что Рыцарь останется навсегда в Башне, но это не снимало с него обязанностей перед Родом, и поэтому прежде, чем принять обеты Гнезда, каждый Пожиратель был обязан оставить после себя наследника.
На данный момент только Король был выше Братства, но впоследствии появятся те, кто перерастет и этот уровень и обретет свободу, став тактиками, стратегами, советниками и полководцами.
Обеты Братства уже принял Аден, а Персефона заканчивала школу, всё так же изводя Короля. Волдеморт так и не смог избавиться от назойливой девчонки, которая стала его тенью. Иногда он её обижал, чаще сам того не желая, но уже через сутки она снова появлялась у него. И со временем Темный Лорд настолько привык к постоянной улыбке и веселому голосу девушки, которая не унывала никогда и видела в людях только лучшее, что уже не мог представить жизни без этой зеленоглазой бестии. Дракон ещё не понимал, но белокурая принцесса уже приручила его сердце, превратив кармическую связь в настоящие чувства.
Семейство Малфой, тихо посмеиваясь, наблюдало за укрощением Волдеморта, смирившись, что вскорости он станет их зятем. В их семье у всех была странная любовь, и Драко не стал исключением. Парень полюбил четырехсотлетнего вампира, встреченного им на занятиях по боевой магии Тайной Полиции. Драко, выращенный с раннего детства Северусом, был великолепным бойцом, отличающимся расчетливостью и завидным хладнокровием, а дар эмпата и сильная интуиция делали его смертельно опасным противником для любого бойца.
Именно в тренировочном бою он и встретил Ксавьера. Француз пережил многое. Он родился ещё при Карле VII. На его глазах захудалое Европейское королевство обрело власть и могущество. Он видел, как революция уничтожила Французскую корону, и как потом один талантливый человек вновь поднял флаг Франции на небывалую высоту, хотя его поход в Россию и окончился головокружительным провалом. На глазах Ксавьера умирали друзья и родственники, в результате чего он закрыл своё сердце, не желая больше терять близких ему людей. Но необычный маг, обладающей силой и скоростью, почти равной его собственной, очаровал вампира.
Яркий, открытый, и в то же время очень здравый молодой мужчина быстро стал душой компании. И это именно Драко заметил черноглазого вампира и начал на него охоту. Француз немного походил на главу Тайной Полиции и обладал тем же мрачным шармом, что и Северус, но, в отличие от последнего, ещё не нашел себя и не умел наслаждаться каждой секундой жизни, что подарила ему судьба.
Наблюдая за этой странной любовью, Северус посмеивался и частенько показывал свои воспоминания супругам. На что Нарцисса сетовала, что Драко, похоже, считает своим отцом больше Северуса, чем Люциуса, иначе почему бы он выбирал партнера, так сильно похожего на черноглазого супруга. В ответ на эти причитания Северус гордо заявлял, что у мальчика великолепный вкус, впрочем, как и у его родителей.
Так что Малфои не стали ждать, пока мужчины разберутся между собой, и пригласили француза на семейный ужин. Вампир был сильно смущен. Такая ситуация была для него непривычной. В Европе вампиры общались только с себе подобными, и ни на какие семейные посиделки их не приглашали, особенно в качестве потенциальных супругов своих детей. Поэтому весь вечер прошел для француза как в тумане. Веселые и открытые Малфои задавали ему столь странные вопросы, что постоянно ставили вампира в тупик. Казалось, что эти люди совершенно не имеют стыда и такта, но в то же время они не настаивали, когда собеседник отказывался отвечать.
Ксавьер покинул родину только год назад, и его ещё шокировало практически всё, что он встречал в новом мире. Отсутствие денег и стыда, но при этом какое-то внутреннее целомудрие и открытость местных жителей. Сочетание огромной силы и доверия, но при этом совершенно лишенного иллюзий или невинности. Самое первое, что приходило в голову, когда поближе знакомишься с жителями Царства, это добродушные хищники, и не зря у их Короля вторая форма - дракон. Они все походили на своего правителя. Добрые, открытые, готовые помочь, но в то же время способные жестоко и безжалостно пресечь любое посягательство на дорогие им вещи или людей. До этого Ксавьер считал, что вампиры - это самые страшные существа, созданные Богом, но оказалось, что он заблуждался. Многие вампиры казались угрюмыми мальчишками, застрявшими в прошлом и не желавшими двигаться дальше, на фоне жителей Царства, которых перековывали во что-то ужасающее с поразительной скоростью.
Поэтому он не рискнул воспользоваться чувствами Драко и прямо ответил его родителям, что не любит парня, хотя тот и привлекает вампира. На что Люциус ответил, что это временно и они никуда не спешат.
Этот ответ озадачил Ксавьера, так как мужчина не понял, к чему он относился, а Малфои, включая Драко, сияющего, как начищенный пятак, не захотели ничего отвечать.
Получив благословение обоих отцов и матери, Драко принялся за соблазнение наивного вампира. И уже через год они съехались и стали жить вместе. Драко подумывал об обращении, но Люциус строго сказал, что до возвращения из нижних миров и рождения хотя бы одного ребенка Драко не стоит и мечтать о переходе в другой народ.
Поэтому на четырнадцатый год Царства Драко Малфой ушел в Адские миры. Парню было только девятнадцать, но Люцифер и Карден не смогли найти здравую отговорку, чтобы не пустить молодого мужчину вниз. Драко был самостоятельным человеком и его сознание было готово к тем испытаниям, что ожидали старшего сына Малфоев.
Оставшись в одиночестве, Ксавьер понял, что сильно полюбил неугомонного блондина, и теперь ему слишком трудно жить в одиночестве, поэтому принял предложение Малфоев и переехал в их дом, наполненный детьми и гостями.
За прошедшие годы в Царстве родилось больше восьми тысяч детей, и те из них, кто появился первым, уже заканчивали Школу. Все эти мальчики и девочки отличались удивительной мудростью и талантами, но при этом походили на местных жителей своей открытостью и отсутствием табу. Психологи внешнего мира назвали бы большинство жителей Царства социопатами: они знали законы приличия и все остальное, но придерживались только тех, что считали удобным для себя. При этом в отличие от психически больных людей были полностью приспособлены к жизни.
Постепенно в Царстве появилось такое отношение к любому правилу и закону: “Я его знаю, но если мне будет нужно - нарушу, а потом заплачу за его нарушение.” И Король вместе с Люцифером всячески поддерживали это начинание. Потому что именно так люди учились уважать закон в себе, а не на бумаге. Зачастую дети или взрослые сами приходили и сообщали о своём проступке, что, впрочем, не облегчало наказание, но вызывало уважение к человеку, так поступившему.
У рожденных в этом мире детей были сильно развиты эмпатия и телепатия, так что чаще они общались мысленно, чем вслух, и преподавателям даже приходилось заставлять детей переводить их разговоры в вербальную сферу. Постепенно это привело к тому, что большинство магов стали мастерами окклюменции и легилименции, но при этом закрывать сознание считалось дурным тоном. В мире процветало бесстыдство, молодежь не считала постыдным оголиться на улице, но при этом они точно также обнажали и своим мысли, и чувства. Те, кто прошел Адские миры или стал членами Братств, кроме Пожирателей, быстро переняли эту моду. Ведь благодаря этому можно было увидеть не только сильные гармоничные тела собеседников, но и такие же личности.
Раньше у магов мысль о том, что кто-то прочитает их мысли, вызывала взрыв паники, но теперь они потихоньку расслаблялись и начинали осознавать, что их “великие” тайны могут напугать только жен. Но в обществе, в котором большинство постыдных во внешнем мире вещей считались нормальными и даже поощрялись, и тяга скрывать что-либо от других уменьшалась с каждым днем.
Правителей радовала эпидемия открытости. Это говорило о том, что люди и общество излечиваются от тех болезней, которыми страдали слишком давно. В мире появилось несколько структур, которые удивляли как Кардена, так и старших магов, и вызывали улыбку и уважение Люцифера. К таким относился Храм Великой Матери. По большому счету, это был храм и монастырь, в котором поклонялись богине плодородия и жизни. Его жрицами и монахиням становились только женщины. И вначале это вызвало опасение, так как в магическом обществе было мало женщин, а сильных и того меньше, а ушедшие в Храм были самыми сильными из них. Но постепенно стало понятно, что Храм станет благословением Мира.
Женщины проповедовали глубокое слияние с Великой Матерью, а самым великим подвигом веры почитали рождение ребенка. Этот Храм стал центром тантрической культуры, а все жрицы практиковали телесную молитву, так стали называть тантрический секс жрицы храма. Многие из них уже привели в мир девять, а некоторые и десять детей, при этом к каждому они относились, как к воплощению божества, вынашивая его так, словно в их чреве Бог, и так же относясь к нему в первые годы. Потом чаще всего дети отправлялись в Род отцов, но могли в любое время прийти к матери за советом или помощью.
Многие Рода пользовались услугами Жриц. Так же, как и большинство Пожирателей. И такой случай, как у Драко, решался именно с их помощью. Малфои уже договорились, что, когда сын вернется, он примет участие в ритуалах Храма, способствуя появлению на свет внука Люциуса и Нарциссы.
Бессменной настоятельницей Храма была Белла. Женщина дала жизнь шести мальчиками и четырем девочкам, но выглядела так, словно ей не больше тридцати. Стройная и невероятно сексуальная, она пребывала почти всё время в легком трансе, сохраняя постоянную связь с энергиями Матери и постепенно превращаясь в её аватара. Её мужья стали её охраной и защитой, относясь к супруге с огромным уважением.
Девочки, которые рождались у жриц, оставались в Храме и воспитывались в традициях, проповедуемых их матерями, но когда они заканчивали Школу, им давался выбор: остаться в Храме или влиться в общество. Часть оставалась, часть уходила, но Храм рос как на дрожжах.
Первое место поселения, окружившее Королевский дворец, стало называться Городом Солнца. Название дал Люцифер, посчитав это удачной шуткой и сказав, что солнце бывает очень разное. Кроме него появился ещё Китежград, ставший детищем Григория и Сергея и населенный почти полностью русскими, а так же Темнолесье, в котором чаще селились темные магические существа и те маги, что практиковали некромантию, магию крови и прочие магические науки, рожденные Смертью, коих оказалось множество.
Три поселения находились в десяти километрах друг от друга и в следствии должны были слиться в один город.
Одним из основных правил стало то, что маги не имели права срубать живые деревья, а только те, что уже засохли. Исключение составляли только случаи, когда делалась лечебная вырубка. А вот камня было огромное множество, так что вскорости города украшало множество каменных особняков, строя или создавая которые, маги стремились показать все свои умения и силу.
Второе правило гласило, что между домами не может быть меньше ста метров. И если маг поселился на участке, где уже растет дерево, то он обязан за ним ухаживать. Такое же отношение было и к животным. Маги охотились, при этом поощрялась добывать пропитание в животной форме убивая только слабые особи представителей фауны. Хотя для того же Кардена любой зверь будет слабым.
В городах открывались младшие классы Школы, а в Университете начали учить педагогике и психологии будущих Мастеров и преподавателей. При этом жестокая дисциплина и конкуренция в начальных классах поддерживались совершенно безжалостно, и никто из учителей не чурался телесных наказаний, а вот крики и оскорбления считались недопустимыми.
На воротах каждой Школы висел свод правил с четко указанным наказанием за его нарушение каждого из них, и никто, даже её управляющий, не мог отменить наказание. Это порождало уважение к закону и к людям, которые делятся с тобой своими знаниями. К тому же, была целая система поощрений и привилегий, которые предоставлялись лучшим ученикам. Для русских такой метод воспитания был привычен с детства, именно их курсы педагогики и стали базисом обучения учителей школ и курсов, а вот английские и европейские маги, столкнувшись со смесью дикости и последних достижений науки, впадали в ступор.
Но даже самые заядлые скептики признавали, что результат был великолепен. Выпускники Школы любили свою альма матер и часто навешали учителей и Мастеров. Становясь мастерами боя, певцами, танцорами, учеными, врачами и просто замечательными людьми, они понимали, что огромная заслуга в этом принадлежит их наставникам, которые неравнодушно относились к своему делу и отдавали детям себя без остатка.
Дружба же, что рождалась в стенах Школы, как правило, оставалась навсегда. А в центральном здании Школы, которое появилось самым первым в этом мире, образовался ещё один интересный институт. Им стал Монастырь.
Тот самый легендарный монастырь, основной задачей которого было просветление любого, кто попадал в его стены. Часть магов отказывалась заводить семью, поглощенная Путем за Грань, и вот для них его и образовали: они переезжали в здание монастыря и отказывались от мирской суеты. Вот именно на его дверях и красовался знак тигра и дракона, а монахи взяли на себя роль авроров, хотя Ду, который стал его настоятелем, ещё долго плевался и кривился, когда монастырь называли Шаолинем.
Практикуя весь день боевые искусств, медитируя и читая священные писания, которые собирали по крупицам, а потом Люцифер приводил их в исходное состояние, и слушая лекции самого Бога, монахи погружались в мистический мир так же глубоко, как и Жрицы. Зачастую монахи пребывали в легком трансе постоянно, приучая свою психику и физиологию к непрерывному потоку энергий высших миров.
Правда, это часто приводило к линьке, особенному состоянию, когда происходит фазовый переход. У человека одномоментно меняется энергетика, вслед за ней психика и сознание, а потом тело пытается их догнать. В это время монахи могут только лежать или гулять в саду, ни о какой работе или тренировках не идет речи. Именно эти состояния заставляли желающих максимально ускорить переход за Грань селиться в монастыре. Мужчины и женщины просто не знали, когда их прихватит, и кто о них в таком случае позаботится. Все силы организма во время линьки направлены на перестройку сознания и энергетики, а тело пребывает в состоянии, как у тяжело больного, зачастую у человека не хватает сил даже самостоятельно есть.
В монастыре практиковались жесткие запреты на мясную пищу, спиртное и секс, что ускоряло процесс перехода и очищало тело. Также тут практиковались все аспекты йоги, начиная от хатха (упражнения для открытия каналов в теле и развития гибкости) и заканчивая стапатья (искусство построения домов и храмов). А по вечерам велись дискуссии, на которых обсуждались не только священные тексты, но и последние песни и книги, взбудоражившие сознание монахов.
Проход в монастырь находился на территории Школы, и именно возле его ворот Северус узнал, чья душа решила стать его сыном. Это был первый день, когда Деймос пошел в Школу. Пятилетнего малыша сопровождало всё семейство, но когда ребенок как вкопанный встал возле деревянных ворот, на которых сомкнулись в кольцо белый тигр и черный дракон, глаза малыша стали огромными, и он потрясенно попросил отца рассказать, почему здесь это изображение. Северус и Люциус заметили, что вокруг мальчика начала подниматься магическая буря. Поэтому они решили рассказать смешную историю о шутке, учиненной Люцифером и Волдемортом. Мальчик не отрывал взгляда от изображения, слушая анекдотичную историю, а когда взрослые замолчали, то тихо проговорил:
- Не думал я, произнося это пророчество, что всё так сложится, и что я сам смогу увидеть легендарную обитель. Всё виделось как-то по-другому, - тогда мальчик оторвал взгляд от ворот, и на магов посмотрели древние глаза мудреца и воина. - Спасибо.
И мальчик поклонился до земли своим родителям. После чего ойкнул и потерял сознание.
Взрослые уже знали, в чем дело, потому что у многих детей начиналась пробуждаться память прошлых жизней. Они пришли в этот мир уже свободными от иллюзий и безумия, так что их разум и чувства не были омрачены, и когда они вырастут, то к ним вернутся все их знания. Нет, они не вспомнят языки, на которых говорили, или формулы зелий, но если захотят, то смогут легко их изобрести снова. Именно ради этого Школа и давала такое разностороннее образование.
Так что, подхватив малыша на руки, Северус с супругами пошел к Григорию, ставшему управляющим самой первой Школы для детей и взрослых после того, как большинство Мастеров отправилось в нижние миры, а после возвращения засело в монастыре, куда теперь приходилось водить старшекурсников для занятий с ними. Хотя, к радости волхва, молодежь очень быстро училась и уже справлялась с обязанностями учителей.
После пробуждения мальчик не помнил о случившемся, но с тех пор ему стали снится кошмары. Во снах к Деймосу возвращалась память, а вместе с ней и ужас гибели братьев и монастыря, да и своя нелегкая смерть. Но любовь и забота родителей помогли мальчику справиться с трагедией прошлого.
К этому времени Вольдеморт и Люцифер решили, что пришла пора обратить внимание на внешний мир. И отряды первых Пожирателей отправились в те места Кольца Чистоты, где была необходима магическая мощь. Но в задачу магов включалось сохранение секретности или маскировка операции под обычный налет Пожирателей.
К этому моменту в Ордене Бардов насчитывалось только пятьсот человек, и в основном это были молодые парни и девушки, но их талант и жар сердца уже горел так ярко, что Сабрина, ставшая главой Ордена, решила начинать завоевание внешнего мира. Россия уже оценила талант и искренность молодых исполнителей, теперь пришла пора Америки и тех стран Европы, которые не входили в Кольцо. Хотя Сабрина подумывала и о гастролях в те страны Кольца, где власти не так зверствовали.
Поющие кольца уже заполонили дома магов, песни Бардов взорвали сознание и эмоции молодых и неравнодушных людей, а иногда и старых магов, считавших, что у них уже и нет этого ненужного органа. За прошедшие годы продажи принесли огромную прибыль, которая пошла на обустройство нового мира.
Устроить концерты оказалось несложно - к счастью, магическое правительство позабыло о силе слова и магии звука, так что с легкостью давало разрешения на выступления “молодых людей, желавших подзаработать деньжат своими песенками”.
Барды собирали целые стадионы, похлеще квиддичных матчей, и правительство решило, что путь лучше молодежь песенки слушает, чем готовит переворот, тем более, что Барды, как называли себя певцы, пели, в общем, о хороших вещах и проповедовали идеалы Света. Так что придраться было не к чему.
Так закончились четырнадцать лет Царства и два года во внешнем мире.

@темы: И пришел день.