Fargen
То что не убивает нас - делает нас сильней.
Глава 16
Великое дао растекается повсюду. Оно может находиться и вправо, и влево. Благодаря ему все сущее рождается и не прекращает [своего роста]. Оно совершает подвиги, но славы себе не желает. С любовью воспитывая все существа, оно не считает себя их властелином. Оно никогда не имеет собственных желаний, поэтому его можно назвать ничтожным. Все сущее возвращается к нему, но оно не рассматривает себя их властелином. Его можно назвать великим. Оно становится великим, потому что никогда не считает себя таковым.
("Дао дэ Цзин" Перевод Ян Хин Шуна)

Следующие семь лет Царства Люцифера были полны переменами. Молодое поколение подрастало и начинало созидать мир вокруг себя так, как им казалось правильнее. Зная, что подростки являются старыми душами, Люцифер и Совет старались регламентировать жизнь молодежи, не ограничивая их выбора.
К тому моменту в Королевский Совет входили Люциус Малфой - представитель волхвов; Бенджиро, Вей и Марена - старейшины Ордена Пожирателей; Сабрина Лавгуд - глава Ордена Бардов; Нарцисса Малфой - как Глава клиники (пока единственной в мире); Северус Снейп - глава Тайной Полиции; Григорий Распутин - управляющий сетью Школ; Сергей Коренев - директор Университета; Орион Малфой - глава департамента внешних отношений; Деймос Малфой-Принц, в шестнадцать лет возглавивший монастырь Шаолинь; Беллатрикс Лестранж - верховная жрица Богини Матери; Фериат - глава народа вампиров; Велимир - глава оборотней; Мара - глава демонов; у людей не было своего представителя, так как сам Король относился к этому народу.
Ни одно решение, затрагивающее жизни всех жителей Царства, не принималось без одобрения Совета. И хотя этот орган мог только единогласным решением отменить приказ Короля, а в остальном имел лишь совещательный голос, у Кардена не было иллюзий на свой счет, так как он осознавал, что ему нужно мнение специалистов, знающих, как обстоят дела. Сам Король к тому времени везде сопровождался дементором, приставленным к нему Анубисом, и, к радости Люцифера, очень многие видели в спутнике правителя невероятно красивое существо, а не уродливое создание.
Люди, попадающие в Царство извне, по разному относились к правилам и обычаям страны, в которой они оказались. Одним Царство казалось раем на земле, к ним относились русские, узники Азкабана и темные существа, а другие считали, что это самое ужасное место, собравшее в себе все пороки, вот к этой категории относились чистокровные маги из Европы, которых после активации врат в Дурмштранге прибавлялось с каждым днем.
Устои и мировосприятие местного населения всё сильнее отличалось от образа жизни и идеалов жителей Магического мира. Сильнее всего это чувствовали вновь прибывшие в новый мир Пожиратели и Барды, последние - потому что им приходилось общаться с магами из внешнего мира. Те из них, кто вырос за пределами Царства, с удивлением понимали, что больше не чувствуют Магический мир своим домом, а его жители кажутся пародиями на людей. Наполненные самомнением и предрассудками, не обладающие силой или знаниями, эмоционально недоразвитые, они казались членам обоих Орденов больными детьми или животными, к тому же зачастую агрессивными. И если у Бардов такое положение дел вызывало желание учить, лечить и делиться с более слабыми людьми своей силой и светом, то у Пожирателей это зачастую порождало презрение. Поэтому по возвращении темные маги наседали на своих Учителей из числа Рыцарей и Совета, которые могли пояснить, почему слабаки из внешнего мира погрязли в страдании и не желают изменить свою жизнь?
И наставникам раз за разом приходилось разъяснять Пожирателям, что люди слабы по своей природе, и если им не давать примера более высокого образа жизни и не подталкивать к его достижению, то они начинают деградировать. Именно поэтому демократия является эффективной в мирах, где просветленные составляют больше девяноста процентов населения, а во всех остальных лучшей формой правления являются вариации на тему монархии. Элита и её лидер показывают пример и стимулируют низшие классы к эволюции, при этом представители низших сословий могут как стараться войти в элиту, так и просто наслаждаться своей жизнью.
В том же Царстве появились маги и магические создания, которые с радостью выполняли роль слуг или рабочих. Этим людям не хотелось проходить жестокое обучение в Школе, которое требовало стопроцентной отдачи от учеников. Вместо этого они выбирали физический труд, и ни у кого не поворачивался язык назвать их работу недостойной. Например, те же Малфои и Блэки уже давно не могли уделять внимания дому и хозяйству, и у них появилось несколько слуг. Одним из них стал Винсент Кребб, который взял на себя обязанности ловчего и конюха, и обеспечение семьи дичью, рыбой а так же уход за домашней живностью.
К этому времени дом Малфоев начал превращаться в поместье. Кроме основного здания, которое подросло на этаж, появились хлев для коз и коров, конюшни, в которых жили горемки, лошади и грифоны, причем последние просто приходили и уходили, скорее поддерживая дружбу с жителями дома, чем принимая их опеку, и дом для прислуги. В малом доме жил сам Винсент, два мага, прибывших с последним потоком узников Азкабана и занимающихся садом и мелким ремонтом, а также Пенси Паркинсон, взявшая на себя заботы по дому, и две её подчиненные. Обе девушки были из стаи оборотней и сами захотели работать в поместье. Большой дом требовал постоянного внимания, которого не могли обеспечить хозяева.
Маги из приличных семей стали слугами по разным причинам. Винсент любил работать руками и ухаживать за животными, поэтому сам ушел из Школы, хотя и справлялся со всеми требованиями, предъявляемыми к ученикам, а вот Пенси была отчислена из начального учебного заведения за неуспеваемость. Такого позора родители потерпеть не смогли и выгнали девушку из дома. К тому времени мистер и миссис Паркинсон жили друг с другом только формально. Брак распался, и у обоих магов была своя жизнь, но они всё ещё соблюдали приличия.
Пенси, которой тогда исполнилось двенадцать лет, осталась на улице, и её приютили Малфои. К тому времени они уже взяли на себя ответственность за весь Медвежий Угол и не смогли оставить ребенка на улице. Девочка не хотела быть обузой и быстро научилась у миссис Малфой и Селены Лавгуд ведению домашнего хозяйства. После того, как у хозяев не стало времени на готовку, охоту и уборку, девушка нашла Кребба и других молодых людей, которые с радостью влились в Дом Малфоев и переложили на свои плечи тягостные для хозяев обязанности. Но всё же по праздникам и выходным, ставшим обязательными для всех, семья собиралась вместе, женщины готовили еду, доили коров и коз, собирали ягоды и грибы, а мужчины шли на охоту и рыбалку. Это позволяло семье поддерживать единство, расширяя Род за счет слуг.
Среди жителей Царства появилась даже мода на физический труд. Далеко не все местные стремились стать элитой мира. Кто-то осознавал, что их место на земле, кто-то - что хочет служить другим, а кто-то - что хочет создавать вещи своими руками.
Как правило, такие люди или бросали Школу, или заканчивали её с большим трудом, а потом искали своё место в мире. Именно для таких магов и существ было открыто множество курсов. На них можно было научиться готовить, убирать дом, создавать предметы и многому другому, причем преподаватели учили, как это делать как с использованием магии, так и без неё.
В Царстве начали появляться ремесленники и земледельцы, а общество - делиться на касты.
При этом правительство постоянно объясняло гражданам, что все касты равны, и хороший земледелец ничем не хуже Короля, при условии, что они оба выполняют свои обязанности. Каждый может достичь совершенства, занимаясь своим любимым делом. Тщательно поддерживалась и развивалась идея, что у каждого человека своё счастье, и у всех оно разное. Для кого-то счастье - это защищать Родину, для кого-то - искать истину, а для кого-то - выращивать картошку. И если все вдруг решат стать Королями, то кто же тогда будет кормить этих самых Королей, и кем они будут управлять?
Волшебство и современные технологии, которые всё сильнее входили в жизнь жителей Царства, сильно облегчали труд, но при этом начали развиваться направления магии, связанные с сельским хозяйством и ремёслами. Хотя всё же большинство работ требовало человеческого труда.
Поначалу маги, которые только попадали в Царство, не могли понять, как люди могут хотеть копаться в компосте или возиться со скотиной, ведь “маг” - это звучит гордо, а тебе предлагают лопатой помахать, словно ты домовой эльф. Европейцев удивляло то, что практически все представители семей Кребб, Гойл, Забини, Лонгботтом, Пьюси отказались от амбиций и стали ремесленниками и крестьянами. При этом уровень достатка этих семей был даже выше, чем клана Малфоев-Блэков, считавшихся принцами нового мира. С разделением труда и появлением специализаций расцвела торговля, в которой выделились МакМилланы, Федоровы и семейство Ферензи. Эти маги активно занялись обменом результатов труда и излишков еды, мелкие лавки и таверны стали неотъемлемой частью всех поселений. Теперь было гораздо проще получить необходимый товар. А вместе с тавернами в мир пришел алкоголь.
Сначала Волдеморт хотел запретить продажу спиртного, но Люцифер настоял на том, чтобы алкоголь, а в последствии и наркотики, когда маги до них додумаются, были доступны гражданам. Карден не понимал брата. Но тот объяснял, что маги всегда смогут найти, чем заменить одурманивающие средства, и, запретив легальную торговлю, Король перестанет контролировать это чудовище. Гораздо лучше развивать культуру пития и презрительное отношение к тем, кто потерял контроль над своей пагубной страстью. Так в мире Люцифера появились первые “тени”. “Тени” стали аналогом индийской касты неприкасаемых. Для них были закрыты двери домов и общественных мест. “Тенью” становился человек, пренебрегающий своими обязанностями в угоду какой-либо из страстей. Многие маги, прибывшие из Европы, становились “тенями”, не способными приспособиться к новому миру, но после долгого периода саможаления бросали искусственный антистресс и начинали поиск своего места в жизни.
Создавая структуру общества, Люцифер взял за основу кастовую систему, как наиболее эффективную для развития отдельной особи, но при этом потратил множество сил, чтобы касты остались открытыми.
Человек мог тридцать лет пахать землю, потом пойти в Школу, а может, и в Университет, поднявшись впоследствии хоть и до уровня Совета. Люцифер заставил сделать это одним из первых законов, выбитых в камне, наравне с пожизненной медитацией для всех граждан. Создатель мира знал, что если в Царстве будет мало просветленных, то любой закон станет формальностью, сдерживающей общество, поэтому старался оставить после себя те правила, что позволят обществу подольше сохранить жизнеспособность.
Дагда не собирался умирать, но он был реалистом и видел множество вероятностных веток, в которых он сам не сможет получить доступ в измерение, которое сотворил. Впрочем, ещё больше было тех, в которых ему придется самоустраниться, оставив мир и его жителей в одиночестве, чтобы они смогли найти свой путь и научиться принимать собственные решения, не оглядываясь на него. С этой точки зрения Люцифера безмерно радовали дети, пришедшие в его мир. Они были яркими и неординарными, сильными духовно и самостоятельными в своих мыслях. Такие люди могли управлять своей жизнью. Они сходу восприняли идею отсутствия денег и ненакопления материальных благ. Для них было естественным, что наградой за их труд является сам труд. Если человек занят любимым делом, то ему нет необходимости получать за него зарплату, он радуется процессу, а дело, сделанное с душой, вызывает радость окружающих и желание порадовать мастера. Так Храм Богини Матери обзавелся утварью и прекрасными статуями, а в монастыре появились новые залы для занятий. Хотя больше всего делалось для Школы, Университета и больницы. Людям оказалось очень приятно делать что-то бескорыстно. И они оставались не в накладе.
Одно доброе дело тянуло за собой целую цепочку других. Приходя домой после целого дня, потраченного на обустройство Школы, мастер узнавал, что к нему заходили соседи и принесли еду и подарки. Мир был невелик, и Люцифер настаивал, что любое поселение должно разрастаться только до тех пор, пока большинство соседей знают друг друга, а потом основывать новое поселение, так что все знали, кто чем занят. В первое время тех, кто тратил всё своё время на благо общества, считали чудаками и думали, что эта блажь у них вскорости пройдет, но видя упорство, с которым мастера возвращаются к любимому делу, иногда на пустой желудок, даже самые прагматичные маги не могли пройти мимо. Так в Царстве стало модным помогать друг другу.
Правительство активно поощряло начинание и радовалось, что для детей помощь и взаимовыручка - само собой разумеющееся дело. Именно дети и стали родоначальниками этого странного веяния.
Услуги и потраченное время стали заменять деньги, но при этом ценилось только то, что сделано с душой, по этой причине европейским магам было крайне сложно найти себе место в новом мире на протяжении многих лет, так как магическое сообщество позабыло, как дарить радость людям, а не рваться к власти и достатку. Попадая в мир, где людей, скопивших много материальных благ, считали странными, они терялись.
Люцифер активно развивал литературу и предложил молодежи поэкспериментировать с анимацией. Маги не особо воспринимали кинематограф, а вот движущиеся изображения у них были, это и стало основой нового жанра искусства. Первой была экранизирована книга “Властелин колец”, разошедшаяся миллионным тиражом. Сам Люцифер не любил это творение, но признавал его гениальность и фундаментальность картины мира, созданной на основе Ветхого Завета. За ней свет увидел и “Сильмариллион”. Эти книги были необходимы Люциферу для осуществления своего замысла. Ему было нужно, чтобы как можно больше людей полюбило вымышленный мир, так как это впоследствии станет основой очень важного момента в идеологической войне и сможет подстегнуть тысячи душ к эволюции.
Магический мир просто взорвался, когда в продаже появились первые серии эпоса о приключениях маленького хоббита и его спутников. Многие нашли аналогии между написанной историей и ситуацией с Темными Лордами в родном мире, так что даже правительство Кольца Чистоты посчитало книгу и очень красивый рисованный фильм полезными и нужными.
А художники создавали мир “Властелина колец”, взяв за основу свой родной, изображая его в утонченной, нереально красивой манере. Это тоже было частью заказа Повелителя.
Книги исчезали с полок мгновенно, кристаллы закупали сотнями и перепродавали за огромные деньги. Это стало официальной причиной того, что корпорация “Катарсис”, занимающаяся распространением новых книг и колец с камнями для них, предложила ввести подписку на все выпускаемые ею продукты. От магов требовались личные данные и предпочтения, и после заполнения небольшой анкеты абонентам на дом будут высылаться все продукты фирмы по цене производителя. Практически весь магический мир стал подписчиками “Катарсиса”. Даже те, кого не задели ни музыка, ни книги, подписывались, следуя веянию моды. Так Царство Люцифера начало входить в дома и мысли людей Магического мира, заставляя их мечтать о прекрасной долине, над которой возвышается замок Королей.
Следующим шагом стали музыкальные клипы, в которых молодые красивые исполнители пели возвышенные песни на фоне то эльфийского леса, то Замка на скале, то Школы. Но при этом у зрителя культивировалась мысль, что это сказочный мир, существующий только в грезах.
Ещё одной загадкой, которую предлагалось разгадать магам, стали личности певцов и музыкантов. Где бы они ни выступали, они называли только имена, и никогда никто не знал их фамилий. Несколько раз авроры пытались вмешаться в ситуацию и потребовать от певцов провести полную проверку личности, но тогда Барды просто отменяли концерты, и стражам порядка приходилось иметь дело с разъяренной толпой. Потому что, несмотря на все ухищрения авроров, музыканты всё же появлялись перед зрителями неизвестно откуда, и громко сообщали причину отмены концерта. После третьего такого инцидента подростков в белых одеждах оставили в покое.
К тому же, по магическому миру пошли мужчины и женщины в зеленых мантиях, и маги вскорости узнали, что эти люди способны исцелить практически любое заболевание, и что они никогда не берут за работу денег. Только единицы семей, оставшихся в Европе, помнили, что если мага спасают бесплатно, то может образоваться долг жизни.
Так постепенно Люцифер делал своих людей необходимыми магам.
А в его Царстве происходило множество перемен, некоторые из которых становились даже для него неожиданностью. Так, старшеклассники Школы потребовали ужесточить дисциплину. До этого только в течение первых пяти лет от детей требовали жесткого соблюдения правил, в достижении которой не гнушались физических наказаний, а начиная с шестого класса детей учили самостоятельности. Но ученики посчитали, что при жестких порядках им будет проще развиваться.При этом они потребовали оставить все хозяйственные работы на их усмотрение, как элемент самоорганизации и предварительного выбора профессии.
Эта просьба удивила Люцифера, но он не нашел причин отказывать.
Следующим приятным сюрпризом стало то, что в детях прорастала Магия Рода. Причем сама.
Молодежь ничего не стеснялась и с наслаждением могла любоваться красотой чужого тела, не смущались показать своё, но при этом среди них появилась мода на девственность и верность, а так же ответственность перед Родом. Это тоже приятно удивило Бога. Он считал всех, живущих в его мире, своими детьми, и всё больше и больше ими гордился. Они превращались в прекрасные бриллианты, сияющие во мраке невежества: сильные и добрые, открытые и целомудренные, активные и неравнодушные, способные на свершения и не жаждущие награды. И хотя таких было ещё очень мало, но они были, и значит всё, что делал Люцифер, не напрасно, значит, пока он не допустил серьёзной ошибки при конструировании общества.
Еще одним нововведением мира стали дуэли. Сначала к ним прибегали только ученики Школы, чтобы разрешить свои споры, а потом к ним подключились и многие европейцы. Они выпускали на татами всю ярость и стресс, накопившиеся от столкновения с непонятным и пугающим. И если среди школьников физические дуэли были популярны только в первые годы обучения, впоследствии превращаясь в интеллектуальные поединки, то взрослые зачастую застревали на периоде мордобоя. И Люцифер решил отменить запрет на насилие на боевых площадках, позволяя вновь прибывшим магам излить агрессию в привычной форме, но при этом разрешив целителям излечивать только те ранения, которые угрожали жизни бойца. В таких поединках запрещались лишь те приемы, что вели к мгновенной смерти одного из оскорбленных. Поэтому нападать на учеников школы опасались практически все переселенцы, так как в первые годы они не владели ни своей магией, ни приемами боя.
Этот простой прием резко разрядил обстановку в стране. Раздраженные маги нашли отдушину, через которую уходили агрессия и недовольство, а заодно бои показывали вновь прибывшим, насколько они отстают от местных жителей.
К тому же, мир приютил большинство узников Азкабана, в холодном замке остались только те маги, которых было невозможно изменить в этой жизни. Азкабан так же покинуло большинство дементоров, перебравшись в новый мир и присоединившись к Совету.
Единственной проблемой, которую не хотел трогать Люцифер, был Китай: Бог считал, что маги сами должны сделать свой выбор, но Деймос настоял на том, чтобы и в эту страну начала поступать продукция корпорации “Катарсис”, при этом создавая свои альбомы песен и гимнов, близкие душам азиатов.
___________
В судьбах отдельных людей за эти семь лет так же произошли большие перемены.
Отправившийся в Адские миры Драко вернулся через год. Он очень сильно изменился за время путешествия. Покидал Царство почти подросток, а вернулся мужчина. Он стал намного спокойнее и, если честно, то немного отмороженным, к тому же, Драко теперь выглядел копией своего отца, на вид ему было не меньше тридцати. Правда, при полном подобии черт перепутать мужчин было невозможно. На каждого из них влияло животное силы. У Драко это была нунда, передавшая молодому работнику Полиции много своих черт, а у Люциуса - кондор. Сейчас из двух Малфоев более опасным противником был именно Драко, и Ксавьер это хорошо чувствовал, так как теперь любовник с легкостью побеждал вампира.
Француз считал, что, став сильнее, Драко откажется от него, ведь после возвращения молодой блондин уже не так страстно выражал свои чувства. Возможно, любовь умерла за те годы, что прошли для Малфоя. Вот только вампир не собирался отказываться от Драко. Поэтому он сам отправился в путешествие, из которого только что вернулся его возлюбленный.
За время отсутствия Ксавьера Драко заключил договор со жрицами Храма Великой Матери. Три женщины захотели родить от него детей, и если на свет появятся девочки, то они останутся у матерей, а если мальчики, то будут жить с отцом. К этому моменту жрицы научились вычислять дни, когда было проще зачать именно девочек, но при этом не имели права влиять на пол ребенка чарами или зельями, ибо так они нарушат волю Богини.
Драко занял место рядом с Северусом в Тайной Полиции, по праву считаясь одним из самых компетентных сотрудников.
Через четыре месяца вернулся Ксавьер и снова переехал жить к наследнику Рода Малфой. За время пребывания в нижних мирах он не только выжил, но и повысил свой уровень до высшего. Теперь ему осталось только пройти церемонию принятия Божественной крови, и он сравняется с Фериатом, но князь посчитал, что, несмотря на пройденное испытание, молодому вампиру ещё нужно многому научиться, прежде чем ещё раз менять свой статус.
Это немного расстроило француза, но не изменило его планов.
Узнав, что у Драко будут дети, Ксавьер затосковал, но всё же пройденное испытание наложило на него свой отпечаток, и вместо того, чтобы устраивать шекспировские страсти, мужчина отправился к Люциусу и Нарциссе за советом.
Так как никаких чрезвычайных ситуаций не было, да и у всех троих супругов уже появились компетентные заместители, то у Малфоев стало больше свободного времени, и сейчас они отдыхали в мансарде своего дома.
Северус любовался закатом, Люциус витал в только ему ведомых мирах, а Нарцисса собирала на стол. Такая картина была обычна в последние годы, правда, Северуса можно ещё было застать что-то вырезающим из дерева, а Люциуса - играющим на флейте. Эти увлечения появились у мужчин давненько, и на данный момент работы начальника Тайной Полиции украшали многие дома, а музыкой Советника заслушивались даже Барды. Это стало живым подтверждением того, что Мастером человека делает не знание техники рисования или музыкальной грамоты, а душа. Когда душа входит в физический мир и хочет поделиться с окружающими своей любовью и той красотой, что она видит, то даже самый бездарный человек создаст шедевр.
- Здравствуйте, Советники, леди Малфой, - вежливо поздоровался Ксавьер.
- Здравствуй, зятек, - ответила женщина, а мужчины просто кивнули. - Присаживайся, попей чайку.
Английские традиции за эти годы смешались с русскими и азиатскими. Но все три культуры трепетно относились к напитку из чайного листа, который в этой местности произрастал весьма охотно. После того, как в мире появилась семья Кумаратунга с острова Шри-Ланка, её глава Махиндра с женой Сиримавой начали разводить чай на склоне вулкана, выращивая удивительные сорта чая, которые мигом начали пользоваться сумасшедшей популярностью. Как оказалось, обычное растение в новом мире приобрело целый ряд магических свойств. Хотя просто усилились природные свойства и до того чудодейственного напитка.
Так, зеленые сорта чая теперь не просто понижали давление и тонизировали нервную систему, а превратились в универсальный стабилизатор и тонизатор, сильно стимулируя умственную активность, и выводили из организма практически все шлаки. Северус уже давно начал замечать, что простые однокомпонентные напитки начали заменять привычные магам зелья.
Но это не мешало зельевару всё так же любить бурление котла и непредсказуемые реакции, которые вызывает в давно изученном зелье новый компонент. За домом брюнет выкопал подвал и потихоньку перетащил туда часть оборудования из замка. Люцифер на это закрывал глаза, а Снейп считал своё увлечение очень полезным, так что к этому времени в скальной породе был выбит большой зал и несколько комнатушек поменьше, во всех помещениях поддерживалась нужная температура и влажность, а так же полностью отсутствовала пыль. Туда-то время от времени и убегал один из правителей мира отвести душу с новым экспериментальным зельем.
Чашки были расставлены, и ароматный чай пуэр благоухал на всю округу.
Так как солнце только коснулось горизонта, то люди могли позволить себе насладиться чашечкой этого чая, он очень сильно тонизировал и погружал тех, кто его пил, в расслабленно-вдохновенное состояние. Эта разновидность напитка была наиболее распространена среди бардов и ученых, но имела один минус: в больших дозах она вызывала состояние, сходное с наркотическим трансом.
- Мы рады тебя видеть, Ксавьер, - заговорил Люциус, когда первая чашка была выпита и мысли остановили свой хаотичный бег, а эмоции успокоились, позволив вампиру погрузиться в созерцание тишины. - Но я вижу, что тебя что-то тревожит. Поделись своими печалями.
- Наставник. Меня беспокоят наши отношения с Драко. Я думал, что когда я вернусь, всё будет по-прежнему, но это не так. Мы живем вместе, но я больше не чувствую его, а его глаза больше не загораются, когда он смотрит на меня. Я в отчаяньи! - излил наболевшее вампир.
- Ксавьер. Ты стар, но ты так молод. Сердце не терпит спешки и требует к себе постоянного внимания. Пройдя испытание, вы прожили огромную жизнь, наполненную искушениями и страданиями, и хотя теперь ты имеешь такой же опыт, как он, но ваши миры не едины. Если ты хочешь вернуть любовь моего сына, тебе придется его завоевать, - серьёзно ответил Люциус.
- Что мне делать? - с надеждой спросил вампир.
- Помнишь, как он тебя добивался? Сколько сил он потратил, чтобы ты обратил на него внимание, а потом поверил в себя? - спросил волхв. - Теперь пришла твоя пора показать Драко, что ты его всё ещё любишь. Стань для него опорой. Ведь именно в этом и заключается роль супруга, - сказал лорд Малфой и с нежностью посмотрел на двоих людей, которые стали для него опорой и поддержкой.
Дети выросли и разлетелись, собираясь только раз в неделю, или когда у них возникала потребность, а родители и сейчас любили друг друга. Тем более что пример Вальпурги Блэк, которая в возрасте шестидесяти лет подарила своему супругу прекрасных сына и дочь, вдохновил очень многих. На семейном совете было принято решение, что мальчик унаследовал имя Регулус, а девочку назвали Кассиопея. Черноволосые сероглазые сорванцы наполнили своим смехом пустующий дом.
Пока Малфои предавались приятным воспоминаниям, Ксавьер думал.
- Вы не считаете, что он меня просто пошлет подальше, если я начну за ним ухаживать? - обеспокоенно спросил вампир.
- Если не сделаешь первые шаги и не будешь упорен в достижении цели, то он точно уйдет от тебя, так что тебе нечего терять, - в первый раз за вечер заговорил Северус.
- Спасибо, - поклонился черноглазый брюнет и отправился на поиски любимого.
После того разговора у Драко начались веселые деньки. Ксавьер готовил блондину ужин и завтрак, дарил цветы и активно навязывался в партнеры на тренировках. Так что через два месяца Малфой сдался и позволил вампиру снова стать неотъемлемой частью жизни “змеи”, как в этом мире начали называть работников Тайной Полиции. В общем, эта кличка так им подходила, что прилипла намертво, а через какое-то время была закреплена официально, в виде змеи как символа службы.
__________________
Ещё одна любовная история расцвела между Королем и Персефоной. После четырнадцатого дня рождения дар, преподнесенный в первый день жизни Перси Люцифером, вошел в полную силу. Голос сирены стал великолепным инструментом, благодаря которому девушка сразу после окончания школы попала в Братство Бардов.
Всё это время Карден надеялся, что одержимость девчонки им пройдет, что вот ещё один день, и она встретит своего сверстника, который очарует доверчивое сердечко маленькой принцессы. Волдеморт не замечал, что принцесса уже выросла, но как и прежде, единственным солнцем на её горизонте являлся маг-дракон.
Все Пожиратели уже смирились с тем, что белокурая чертовка запросто проникала в самую темную и защищенную башню Царства Люцифера. При этом её не страшили ни кровавые поединки, проводимые членами Братства, ни то, что она иногда становилась свидетельницей наказаний, которым подвергались Пожиратели. Рыцари, приваживали пигалицу, заметив, что только у неё получается вывести их Короля из себя.
Иногда она устраивала Вольдеморту такие разносы, что просто слезы от смеха на глаза наворачивались. Это упрямое создание с упорством маньяка пыталось вскрыть драконью броню, которой темный маг защитил своё сердце. Как говорится, “вода камень точит”, и у Персефоны получилось задуманное, правда, совершенно не тем способом, которым она ожидала.
Когда ей исполнилось шестнадцать лет, она упросила Сабрину отпустить её с концертами во внешний мир. Ситуация была стандартной. На тот момент Персефона уже записала больше десятка кристаллов. В основном на них были гимны Богам, составленные ею, и песни о любви, чистоте и свете, которые должны управлять жизнью человека. Чудный голос и красота песен мгновенно очаровали слушателей, кристаллы уже пережили несколько переизданий, и, по логике вещей, за записями в Европу должен был поехать и исполнитель, закрепляя произведенный эффект. Редкостная красота девушки, глядя на которую, сразу вспоминались истории о высших эльфах и небесных девах, должна была помочь распространению кристаллов. Поэтому глава Братства не нашла причины отказывать Персефоне.
Когда Волдеморт узнал, что его принцесса направляется в “дикие земли”, как называли Магический мир побывавшие там жители Царства, то решил запретить девчонке эту авантюру, но мисс Малфой закатила скандал на всю Черную башню, да такой, что Король не знал, куда деваться, ну не круцио же бросаться во взбалмошную девицу? После ссоры девушка убежала в слезах, заявив, что это её право, и хоть он и Король, но тут он не властен, а расстроенный самодержец отправился пьянствовать в компании брата.
Люцифер находился в своих комнатах. В последнее время он всё чаще уходил в медитацию. Его непосредственного участия в решении текущих проблем не требовалось, а мешаться под ногами у людей, и так хорошо знающих своё дело, он не хотел. Поэтому он наблюдал за происходящим в своём мире, и, получая информацию напрямую из хроник Акаши, иногда неделями не покидал свою комнату. Это начинало беспокоить Волдеморта, потому что Люцифер был не только Богом, но и его братом, который за прошедшие годы стал несказанно дорог бывшему Темному Лорду.
Постучав в дверь, Карден сразу же зашел и уже в комнате стал дожидаться , когда брат вернется в своё тело, чтобы они могли поговорить по-человечески.
- Здравствуй, братик, - открыв фиолетовые глаза, сказал Бог.
- И тебе не болеть, - ворчливо ответил брюнет.
- Не ворчи. Ничего ужасного не случилось, - успокоил дракона Люцифер.
- Но случится. Эта пигалица наверняка вляпается в какие-нибудь проблемы, - уверенно ответил Вольдеморт.
- Это у неё и в крови, и в душе, - нежно улыбнулся блондин.
- Вот именно! А что, если с ней что-то случится?! Как я в глаза Люциусу и Северусу смотреть буду?! - разошелся правитель.
- Мне так кажется, что сейчас тебя беспокоит не это, - хитро улыбнулся Бог.
- А что же? - искренне удивился маг.
- Брат! Я учил тебя быть честным с собой! Тебя беспокоит не что подумают родители девушки, а то, что с ней может что-то случится, и от этого будет больно в первую очередь тебе. Да признай ты уже, что влюблен в неё!!! - прорычал Люцифер.
- Я?!!
- Ну не я же. Ты. И не вздумай мне плести, что ты о ней просто беспокоишься, - пресек зарождающуюся попытку оправдания блондин. - Заботишься ты о Драко, о Северусе, о Сандро с Волдо, а её ты любишь.
Вольдеморт понял, что оправдываться и что-то доказывать бесполезно, и сдулся.
- И что мне делать, если я её люблю? - устало спросил Король. - Вот ведь змея! Пролезла под кожу!
- Сейчас ты ничего не сможешь сделать, отпусти её. Если будешь удерживать, только нарвешься на неприятности, а она всё равно умотает в нижний мир, - убежденно ответил Люцифер. - А вот когда она вернется, попроси её руки у её родителей. Но и это не даст тебе гарантии, что она снова не уйдет вниз. Только когда у вас появится ребенок, тогда она будет вынуждена отказаться от гастролей.
- А если я после свадьбы просто прикажу ей остаться? - с надеждой спросил Волдеморт.
- Пошлет подальше, отправит спать на диван и умотает на гастроли. И самолюбию горе, и отношения испортишь, и желаемого не достигнешь. Персефона у нас птица вольная, и в этом её особенность. Она сама выбирает, кому петь и где жить. И в выборах своих она очень последовательна и упорна. Ты тому ярчайший пример, - ехидно улыбаясь, ответил брат.
- Но я не смогу несколько месяцев жить, всё время переживая о ней!
- Во-первых, это твоя проблема. Любовь никого не привязывает и не лишает выбора. Если не можешь отпустить и смириться с её решением, значит, это у тебя страсть, а не любовь, а во-вторых, тебе никто не мешает ей в группу набрать вместо Бардов своих Пожирателей. Насколько я помню, Аден прекрасно играет на ударных, а Сандро на гитаре, они за Персефону любую страну сотрут с лица земли, так что остальных можно и из Бардов набрать. И тебе спокойней, и парни разомнутся.
Волдеморт обдумывал мысль, и она ему нравилась всё больше и больше. Оба парня уже стали Рыцарями, их убойная мощь поражала, к тому же мелкая пигалица выросла у них на руках, и они любят её не меньше Драко, а у Адена вообще комплекс защитника по отношению ко всем младшим Малфоям. Так что девчонку можно отпустить, с таким тылом ей ничего не страшно. Тем более, что Люцифер прав, остановить её способа не имелось, все они приложили массу усилий, чтобы дети сами принимали решения и отвечали за них, так что теперь пришло время пожинать плоды.
- К тому же, нашей птичке пора посмотреть на нижний мир. Она просто влюблена в рассказы о Мире магов, так что, думаю, суровая реальность поубавит её радужные фантазии. Твоей супруге не пристало быть столь наивной, - задумчиво сказал хозяин мира.
- Я бы хотел обойтись без потрясений для неё, - недовольно пробурчал Волдеморт.
- Не получится. Она выросла, окруженная всеобщей любовью, и наивно считает, что так везде. Пришло время и ей обретать собственные силы. Тем более что никого, кроме неё, ты не оберегаешь от действительности. Своей заботой ты можешь ей крепко навредить, - сурово предупредил Бог.
- Уговорил. Ты никогда не ошибаешься, поэтому я тебе поверю, но легче мне от этого не будет, - ворчливо заявил Король.
- Тебе всё равно придется привыкать, что она - не твоя собственность, а самостоятельная женщина, которая захотела идти по жизни рядом с тобой, и это её осознанный выбор. Никакие клятвы и обряды не сделают вашу любовь крепче, если вы не будете доверять друг другу.
- Да знаю я! Вон, Сев с Малфоями сколько лет вместе без всяких свадеб, и, похоже, до старости так доживут, а я-то думал, что наш мальчик никогда не остепенится, - ударился в воспоминания Волдеморт.
- Ностальгия - признак неудовлетворенности настоящим. Ты чем-то озабочен, кроме отъезда твоей невесты? - поинтересовался брат.
- Молодость уходит. Я чувствую, как гаснет мой огонь. Раньше он бушевал как вулкан...
- А сейчас светит ровно, как солнце, - закончил за брюнета Бог. - Ты вырос. Настает пора мудрости. Ситуация с Персефоной станет твоим последним испытанием. Или в тебе пробудится Любовь, и тогда я буду полностью спокоен за будущее этого мира, или родится ревность, и тогда следующий поцелуй дементора тебя убьет, - сообщил Люцифер.
- Умеешь ты обрадовать. Но всё же я приложу все усилия, чтобы не убил, - уверенно ответил Король.
- Как хорошо, что ты не вспомнил про “надежду - глупое чувство”. Не стоит надеяться, стоит стараться, а там - будь что будет.
- Ты уже давно выбил из меня эту глупость, - отмахнулся брюнет.
- Значит, хорошо выбивал, - улыбнувшись, сказал Люцифер и предложил прогуляться в эльфийский лес, а то и в правду что-то блондин засиделся у себя в комнатах.

@темы: И пришел день.